×

Предупреждение

JUser: :_load: Не удалось загрузить пользователя с ID: 211
Ольга Косец: «На упорные утверждения о том, что в России нет легкой промышленности, я поднимаю руку и говорю: «Вот она я!»
20 сен 2012

Ольга Косец: «На упорные утверждения о том, что в России нет легкой промышленности, я поднимаю руку и говорю: «Вот она я!»

"Главное, чтобы костюмчик сидел!" - интервью с молодой и успешной бизнес-вумен Ольгой Косец, которая несмотря на все препятствия, смогла добиться успеха в сфере легкой текстильной промышленности и возглавила общественную организацию "Деловые люди", оказывающую помощь  малому и среднему бизнесу России.

О персоне: руководитель швейного производства Sophiano.

Расскажите, как Вы начинали свой предпринимательский путь, что подвигло Вас работать на себя? 

Это было настолько давно, что уже кажется неправдой. Начну по порядку: после окончания школы я поступила в Кубанский государственный аграрный университет на ветеринарный факультет. Закончила обучение в 1994 году и сразу устроилась работать на кафедру, поступила в аспирантуру и параллельно писала диссертацию на тему «Иммунология беременных животных». Я была поглощена наукой и верила в то, что я, как минимум, спасу человечество. Помните, как говорил Павлов: «Медицинский врач лечит человека, а ветеринарный – человечество». Ведь при создании новых фармацевтических препаратов для людей биохимические, биофизические процессы – это все первоначально изучается на уровне животных.

На дворе стояли 90-е, не самое простое время: развал Союза, перестройка, безденежье. Моя заработная плата, как материально ответственного врача-ординатора на кафедре, составляла жалких 60 рублей, еще 40 мне доплачивали за дополнительные занятия со студентами, а по ночам я печатала для своего научного руководителя книгу, за это мне платили еще по 1 рублю за страницу. А денег не хватало катастрофически ни на себя, ни на семью.

И в какой-то момент аспиранты из Йемена, учившиеся вместе со мной, видя мою тяжелую ситуацию, (на тот момент мы с мужем и годовалым ребенком жили в студенческом общежитии), предложили мне ночью торговать на Вешняковском рынке Краснодара, сказав, что там можно заработать реальные деньги.

Конечно, выглядело это достаточно примитивно: ночь, газетки, аккумулятор с лампочкой. Наверное, мне помогла моя коммуникабельность, уверенность в себе и за первую ночь такой работы я заработала 1000 рублей (!!!). Я пришла домой, села и очень долго плакала, потому что поняла, что все мои научные изыскания и чашки Петри на данный момент меня прокормить не смогут. Может быть, когда-нибудь они принесут плоды, но не сейчас. Я не уволилась, просто взяла отпуск по уходу за ребенком, но так и не вернулась туда. А моя диссертация по сей день осталась лежать в коробке, может быть, она уже устарела, но выбросить не могу, рука не поднимается.

Расскажите, как к Вам пришла идея создать свой бизнес?

Идею мне подарил случай. Павел, родственник моего мужа, цеховик еще с советских времен и человек, которого я смело, могу назвать своим наставником, сказал мне: «Займись своим делом! Хватит продавать чужой товар, давай я научу тебя как шить брюки!». Тогда он был уже предпринимателем с большим опытом, а раньше привозил с хлопчатобумажного комбината бракованную джинсовую ткань, подпольно шил из нее джинсы, ставил заклепки и продавал на рынке, а это, между прочим, тогда было уголовно наказуемым деянием.

Мы договорились с ним о том, что он показывает мне весь процесс пошива один раз, а я не торгую там, где он реализует свою продукцию. И вот представьте: времянка, стол, лекало 48-го размера и я с рулоном полиэстеровой ткани приятного сероватого оттенка и пакетом с молниями, пуговицами и нитками.

Он этот рулон расстелил, положил лекало, обвел его куском мыла, специальным дисковым ножом вырезал мне деталь и ушел. Часа 4 я все вырезала, подрезала, но с задачей справилась и продала все 22 пары брюк за час, кроме одной – на память оставила.

Позже процесс пошел гораздо быстрее и вскоре на меня работали 15 швей-надомниц. Так, начиная с 1996 года, мы стали реализовывать свой товар на рынке, тогда это называлось «челночный» бизнес. Через два года мы выпускали уже 100 единиц товара в неделю, но товара не хватало, и я заключила договор о реализации товара с людьми, которые занимались пошивом мужской одежды уже в цехах. Это помогло мне значительно увеличить оборот продаж. А во время дефолта 1998 года ввоз изделий из-за границы был временно прекращен, и продажи пошли просто "на ура". Если кто-то потерял деньги – мы их заработали и купили свою первую машину - красную «девятку»!

Расскажите историю создания компании Sophiano.

Настал такой период, когда в Краснодаре реализовывать наш товар стало очень сложно, потому что в какой-то момент денег у людей резко не стало. Сначала люди скупали все, вкладывали деньги в товар, а потом – резкий спад. И я, по примеру других производителей, решила поехать на Черкизовский рынок в Москве и работать там.

В декабре я с огромными клетчатыми сумками приехала туда с партией драповых брюк рыжего цвета. Но тогда я не знала, что оптовики закупают сезонную одежду заранее и, на обратную дорогу деньги мне высылал муж. Получился первый блин комом, но упорство и дикое желание помогли мне преодолеть все трудности. Я - единственная русская девчонка, стояла на Черкизовском рынке рядом с китайцами, вьетнамцами, азербайджанцами.

А Вам не было страшно?

Абсолютно нет. На территории рынка я чувствовала себя в большей безопасности, чем за его воротами. На Черкизовском был порядок, охрана, организованность. Там люди были заняты бизнесом, а не развлечениями и беспределом.

И как Вы справлялись с объемами?

На тот момент, когда продажи в Москве стали набирать обороты, на меня работало 16 цехов в Краснодаре. Но претензии к качеству продукции и к срокам ее поставки возникали все чаще и чаще: то пуговиц не хватает, то размер не тот, то длина одной штанины больше, другой меньше. И я приняла решение запустить собственное производство и одноименную торговую марку – Sophiano. История классическая - сначала арендовали помещение, затем приобрели уже в собственность, закупили оборудование и стали выпускать уже качественный товар.

Как появилось название Sophiano?

Это фамилия моей бабушки - Софиано. Моя бабушка по национальности была еврейкой, пережила Великую Отечественную войну и была узницей Освенцима, но мы узнали об этом только в начале 90-х. Когда правительство Германии стало выделять субсидии для жертв концлагерей, бабушка собрала всю семью и рассказала нам о своем нелегком прошлом, им с дедушкой пришлось долго скрывать эту тайну.

Регистрировали ли Вы свой бренд?

Да, на протяжении уже 8 лет Sophiano - это зарегистрированная торговая марка. Но сам процесс регистрации был долгим и сложным. Кажется ничего сложного: придумали название, разработали фирменный стиль и логотип, обратились в Торгово-промышленную палату, а процесс растянулся на целых полтора года и требует подтверждения каждые 10 лет.

Кто в Вашей компании занимается созданием сезонных коллекций одежды?

Не поверите – я!

На какие средства Вы стартовали, обращались ли Вы за помощью к инвесторам или банковским кредитам?

На свои 330 рублей – на них я купила тот самый серый рулон ткани и фурнитуру. А на вырученные с продажи деньги я рассчиталась со швеями и купила три рулона ткани, и так по нарастающей. Торговая наценка в те времена была выше, чем сейчас. Сегодня мы работаем максимум на 20% наценки от себестоимости.

Во многом из-за высокой конкуренции и контрабандного товара из Китая. Я знаю, что в Киргизии, где толком границы с Китаем нет, работают целые фабрики, которые занимаются тем, что срезают с товаров китайские этикетки и вешают ярлыки «Сделано в Киргизии». Таким же образом продукция из Китая попадает и в Казахстан, с которым у нас таможенный союз. Оптовая цена этого контрафактного товара – 170 руб., а мои брюки стоят 450 за пару. В этом году я на себе ощутила достаточно сильный торговый спад.

А как Вы узнали об этом?

Увидела на соседском ребенке брюки, чем-то напоминающие мои, но качеством гораздо хуже. Узнала где купили, и была просто в шоке от того, что посчитав свои затраты и оплату труда, мой продукт стоит 10 долларов, (300 рублей), а они уже продают за 170! Вы представляете, какой это демпинг? На упорные утверждения о том, что в России нет легкой промышленности, я поднимаю руку и говорю: «Вот она я!». Но как нам работать, когда такое происходит? Политика нашего государства в отношении отечественных производителей не понятна никому, а после подписания договора об официальном таможенном союзе с Киргизией и вступлении России в ВТО, что будет дальше, интересует нас особенно. Но я надеюсь на лучшее…

Набор высококвалифицированного персонала не стал для Вас проблемой? Как подбирали людей на производство?

Это огромная проблема, ведь человеческий фактор является одним из главных составляющих любой организации. В основном у меня работают люди, которым за 40. Это те, кто учился в конце 80-х в советских специализированных швейных училищах и работал на крупных швейных фабриках. В Краснодаре таких было две: «Александрия» и «ПАКиТ». Они имеют высокую квалификацию и большой опыт.

А молодежь Вы обучаете?

А вот с молодежью все сложно. У нас в стране не пропагандируются рабочие профессии, все идут учиться на экономистов, юристов, бухгалтеров, психологов.

Если и приходят девушки на работу в швейный цех, то это жительницы ближайших станиц и деревень, а городские не хотят зарабатывать ручным трудом, считая его непрестижным, хотя продавщицами и официантками работать идут охотно, несмотря на то, что у нас зарплата порядком выше. А если человек не умеет работать, но имеет желание – мы с удовольствием обучаем.

Сколько людей задействовано у Вас в компании на сегодня?

Сейчас меньшее количество, в связи с переездом, не всем удобно добираться в другой район города, но ведем постоянный набор.

Как выбирали оборудование?

Мы используем оборудование, которое производят в Китае. Зря люди считают, что Китай это плохо и некачественно. Конечно, есть немало низкокачественных подделок, но есть и официальные производители, которые работают под контролем японцев. Нужно понимать разницу.

Почему Ваша продукция рассчитана исключительно на мужчин? Вы считаете рынок мужской одежды более прибыльным?

Потому что люблю я мужчин! А если серьезно – мы 3-4 года занимались женской одеждой, но женская мода настолько непостоянна, что угнаться за ней практически нереально. Мы – массовое производство, рассчитанное на оптовые продажи, из этого и складывается низкая себестоимость изделия. А с женской одеждой получилась ситуация, которую я назвала «бежать впереди паровоза». Объясню почему. В силу своей профессии я часто ездила и езжу за границу: за тканью и новыми модными идеями. Однажды увидела модный сарафан, добавила в него что-то свое и начала пошив. А потом, когда привезла этот товар на Черкизовский рынок – все, конечно, любовались моей витриной, но не покупали. Продать эту партию пришлось с большой уценкой, а потом, когда волна моды из Италии наконец-то добралась и до России – эти платья и сарафаны начали продаваться за огромные деньги по всему рынку, было даже обидно. Я не додумалась в то время уйти в розницу, открыть сеть бутиков, где контингент покупателей другой.

С мужчинами гораздо проще. Мы работаем по принципу, озвученному в фильме «Чародеи», помните, Виторган пел: «Главное, чтобы костюмчик сидел!». Элегантность, четкость и правильная посадка. И хороший мужской костюм никогда не выйдет из моды.

Расскажите о Ваших поставщиках, как Вы выходили на них и на каких условиях сотрудничаете с ними?

Мои поставщики на данный момент индусы и китайцы. Индусы – это посредники между производителями в Китае и российскими производителями. Наверное, это сложилось исторически, еще со времен Великого шелкового пути. У них очень серьезные фирмы и, когда российский бизнес был на зачаточном уровне, они приезжали к нам из Арабских Эмиратов (ни для кого не секрет, что Дубаи оффшорная зона). Индусы заказывали ткань в Китае, привозили туда, а русские покупали ее, но сейчас они открыли офисы в России, что стало гораздо удобнее. Услуги, предлагаемые ими, это – поставки, контроль качества и сопровождение товара. Именно с одной из таких фирм я сотрудничаю на протяжении 14 лет.

У меня существует параллельный бизнес – тканевый. Сначала появлялись излишки ткани, которые я продавала, потом продажи стали расти и, так как в этой теме я разбираюсь достаточно хорошо, решила превратить ее в дополнительный бизнес. У меня большая база цехов и фабрик Южного региона, поэтому я знаю, кто и чем дышит.

А почему не работаете с Китаем напрямую?

Китайцы очень предвзятые люди, работать напрямую с ними очень тяжело – все время ждешь от них подвоха, обмана. А у посредников там свои офисы, они контролируют, что и как грузят, проверяют качество тканей и ее окраса, как говорится: у них все схвачено. А самый большой плюс в том, что не нужно вносить предоплату в никуда – деньги переводятся по факту.

Какая разница в прямом сотрудничестве с производителем и при привлечении посредников?

30-40%. Да, это значимая цифра, но гарантия поставки и отсутствие брака того стоят.

Вы занимаетесь только оптовыми продажами Ваших товаров, или работаете в розницу?

Только оптовые продажи.

Есть ли у Вас собственные магазины?

Нет, это невозможно. У меня очень узкая специализация для того, чтобы открывать сеть магазинов. Я же не шью галстуки, рубашки и куртки, мой продукт исключительно брюки, а реализовываю я их в оптовом центре - ТЦ «Москва». Это сконцентрированный ТЦ, где располагаются производители из Китая, Вьетнама, России, Белоруссии, Индии, Бразилии. К нам приезжают владельцы мультибрендовых магазинов, представители малого бизнеса, которые держат свои магазины в небольших городах и в каждом павильоне берут оптом разные категории товаров, рассчитанные на их ассортимент.

Как Вам удалось продвинуть на российский рынок отечественный бренд одежды? Есть ли у Вас секреты?

Когда мы начинали работать, такого понятия, как продвижение с помощью Интернета и рекламных кампаний не было. Просто создавали хороший продукт, а со временем имя начинало работать на тебя. Сарафанное радио еще никто не отменял, а это лучшая реклама. А еще на протяжении 8 лет мы участвуем в выставках на ВВЦ, которые проводятся 2 раза в год.

Касаемо продвижения в Рунете - сайт у нас есть, но его мы особо не прокачиваем, здесь есть другая сторона медали. Наш бизнес таков, что при публичной выкладке в сеть фотографий своих изделий и коллекций, их быстро воруют конкуренты.

Наши клиенты привыкли платить из кармана и только за то, что можно потрогать руками и пощупать. Поэтому мы отправляем клиентам фото модельного ряда и каталоги с образцами тканей и выбор остается за ними.

Вы работаете только в России?

Да. От Калининграда до Находки.

Обращались ли Вы за помощью к государственным структурам?

Обращалась неоднократно. Особенно после закрытия Черкизовского рынка. Когда 29 июня 2009 года мы оказались без работы и вне закона, а это было единственное место, где мы могли реализовывать товар, потому что для узконаправленных оптовых производителей продуктов легкой текстильной промышленности другого оптово-торгового логистического центра не было.

Черкизовский рынок заменял ту систему распределения товаров народного потребления по стране, которая была в СССР и развалилась в 90-е годы. Именно отсюда вся продукция распространялась по стране, мы даже не искали других каналов сбыта, нас все устраивало.

А тут в один момент все рухнуло, рынок ликвидировали, наш товар арестовали, а у всех долги, жуткие убытки… Страшное было время, рынка сбыта больше нет, товара нет… Самое интересное, что никто толком не объяснил что происходит, все говорили лишь, что это политическое решение.

Вы не представляете, чего нам стоило забрать оттуда свой товар: я трясла своими накладными, товарным знаком, заезжала на машине со своим логотипом, а с меня еще пытались вымогать деньги за вывоз моего же имущества.

Вот тогда-то и понадобилась помощь структур, я обращалась и в префектуру, и в управление, 4 раза я была в приемной Президента РФ. Мы писали, требовали обратить на нас внимание, пытались донести до чиновников, что на Черкизовском работали отечественные производители, которые вели там свой бизнес. Но наш вопрос государство так и не решило, у нас частный крупный бизнес сам решил свои проблемы. ТЦ «Москва» и рынок «Садовод» сейчас объединяют на своих площадках таких представителей малого бизнеса, как я.

Вы являетесь президентом Межрегиональной общественной организации поддержки и защиты малого и среднего бизнеса "Деловые люди", расскажите о ней. Помогает ли это Вам в бизнесе?

Эта общественная организация была создана после закрытия Черкизовского рынка, а я ее возглавила. Я очень сильно разозлилась на Аркадия Мамонтова, который снял две телепередачи «Черкизон» и «Черкизон 2». Я принимала участие в съемках второй из них, но журналисты вместо того, чтобы показать реальную картину событий, все перевернули.

Никто не подумал о том, что ликвидируя эту площадку, не только Тельман Исмаилов лишился бизнеса, но еще пострадало огромное количество людей, занимающихся предпринимательством. Ситуация, происходящая сегодня, мало чем отличается от событий трехлетней давности. Крупный бизнес владеет территорией, на которой работает малый и, если завтра сложится ситуация, что по каким-то причинам эта территория закроется, нам опять будет негде работать. Возникает конфликт интересов, потому что у нас нет регулирования этих вопросов на уровне государства. Об этом мы и пытаемся говорить с чиновниками с помощью нашей организации.

На протяжении 3,5 лет я вынашиваю идею об организации торгово-логистического центра для реализации товаров легкой и текстильной промышленности с участием государства, потому что сейчас Правительство Москвы объявило о создании такого центра для сельхозпроизводителей. Надеемся, что и о нас не забудут и такой центр создадут, потому что это и моя проблема, и проблема членов моей организации, и таких же малых предпринимателей. Я участвую в большом количестве мероприятий, посвященных предпринимательству. Ко мне обращаются многие представители малого бизнеса, занятые на площадках нестационарной мелкой розницы в Москве. Это все пресловутое 26-е постановление Правительства Москвы от 03.02.2011 «О размещении нестационарных торговых объектов, расположенных в городе Москве на земельных участках, в зданиях, строениях и сооружениях, находящихся в государственной собственности», которое, на мой взгляд, уничтожило малый бизнес Москвы, ведь его теория и практика абсолютно противоречат друг другу.

Какие качества помогают Вам добиваться успеха?

Целеустремленность. Нужно не ставить перед собой цель просто заработать денег, понятное дело, что конечный результат должен быть, и хорошая прибыль - его неотъемлемая составляющая, но главное – внутреннее удовлетворение, ощущение гармонии и стабильности. Это и есть результат, любыми способами и любой ценой. 

Источник - http://smallbusiness.ru/interview/3457/ 

Прочитано 1293 раз

Галерея событий

Наши контакты

Россия, Москва, Чистопрудный бульвар, дом 5/10, офис 107, Деловой центр ТПП РФ

8 (800) 234 80 48

info@delovie-ludi.ru